ПОДЕЛИТЬСЯ

Ну вот, друзья мои, свершилось. Вышли в свет первые книги серии «Библиотека ярославской семьи». Именно ими я и занимался, покинув НТМ в феврале 2012 года. Как обещал, рассказываю подробнее, хотя подробно — это вообще очень долго. :)) Так что простите, если кого не смог или забыл упомянуть.

История, как я в это попал, (если отбросить всю политику, хотя ее отсюда не отбросить никак), началась все еще году в 2010, в городе Париже, куда я ездил в качестве журналиста в составе делегации Ярославской области на презентацию в Юнеско. Там, на кладбище Сент Женевьев де Буа, я познакомился с нашим земляком, поэтом Юрием Кублановским, о котором нам рассказывал на филфаке наш замечательный профессор, человек и пароход Евгений Ермолин. А спустя какое-то время мне позвонил рыбинский издатель и мой знакомый еще по студенческо-общажным временам Виталий Горошников, и пригласил от имени Кублановского на презентацию его книги в Ярославле. Тогда я увидел, что Виталий делает в Рыбинске – краеведение, книги для детей, поэзия, искусство… И вот в феврале 2012 года, после того самого письма, когда мне стало понятно, что работать на НТМ я уже не буду, первым с предложением позвонил именно Горошников.

«Телевидение это мелко и неинтересно, — вещал он мне за чайником чая в кафе на улице Кирова. – Нужно делать настоящие дела». Убежденность, с которой он это говорил и, что немаловажно, окладистая купеческая борода Виталия, на меня подействовали. Тем более я и сам после всей этой предвыборной грязи хотел делать что-то по-настоящему хорошее и нужное людям.

Идея Виталия была в следующем: сделать 20 книг о Ярославской области, небольших – 64 страницы (в итоге вышло в среднем по 120 страниц) – и хорошо иллюстрированных. Иллюстрации должны были занимать не менее 60 % площади. Очень простых, понятных и интересных. Что-то вроде дореволюционных изданий Сытина. Список названий имелся.

С точки зрения бизнеса план Горошников выглядел полным безумием. Он планировал вложить в проект собственные средства, а потом на этом заработать, издав серию суммарным тиражом более чем в 200 тысяч экземпляров (12 тысяч экземпляров каждой). «То есть ты хочешь, чтобы каждая вторая семья в Ярославской области купила хотя бы одну книжку?» — спросил я. «Не то что хочу, купит», — ответствовал Горошников.

На подготовку макетов директор издательства «Медиарост» планировал полгода. В это время уезжал в Израиль из-за проблем со здоровьем Александр Рутман. Я встретился с Александром Михайловичем спросить его совета. Прогноз его был пессимистичен. Проект он посчитал утопией. «Срок требуй в два раза больше, — говорил он мне. – Есть риск, что ты будешь работать, а книги не выйдут. Это очень дорогая штука». Насчет срока Александр Михайлович ошибся. Не в два, а в четыре раза больше ушло времени. Мы говорили с Рутманом часа два, и он, хоть и отговаривал, дал мне множество ценных советов и контактов: авторов, редакторов, корректоров, дизайнеров. До сих пор помню эту его фирменную улыбочку в усы, мудрый чуть насмешливый взгляд, и сигарету, которую он не выпускал из рук при нашем последнем очном разговоре. Спасибо вам, Александр Михайлович!

А дальше пошла жизнь между Рыбинском и Ярославлем. На первом этапе главным было подобрать авторов и определиться с темами книг. Всегда тяжело толкать что-то новое, но, оглядываясь назад, я понимаю, что старт-апы – это то, что мне больше всего удается. Одним из первых я договорился с Ярославом Смирновым, сотрудником Государственного архива Ярославской области, автором великолепной книги «Приключения ярославцев в обеих столицах Российской империи». Первоначально его том должен был назваться «Ярославец: характер, нравы, обычаи». Сейчас мне смешно оттого, что я убеждал Ярослава Евгеньевича закончить текст за 2 месяца. А он даже согласился. В итоге, спустя время мы поменяли название на «Ярославский характер», а Евгений Ермолин написал к ней введение и заключение – любопытные размышления на тему, существовал ли когда-то какой-то особый «ярославский характер», и что произошло с ним сейчас. На «характере» настаивал я, считая, что некая провокационность книге не повредит.

Вообще найти 20 авторов 20 книг в Ярославле – та еще задачка. Кто занят, кто не хочет, кто не верит, кто берется, обещает, но потом отказывается.

Увлеченный проектом, я сам решил написать текст одной из книг, ни больше, ни меньше – «Истории Ярославского края». Благословленный Викторией Михайловной Марасановой и вдохновленный любезно предоставленными ею материалами, я засел за текст и даже дошел до середины Смуты. К счастью, вовремя осознал, что негоже филологу писать историю, и к делу подключились Мария Александрова, Андрей Юрьевич Данилов, который подтянул еще коллег с истфака ЯрГУ им. Демидова, а под конец и Леонид Иванов — археолог, историк и рыбинский депутат. Вообще, Андрей Данилов оказался одной из лучших наших находок (кстати, по наводке Рутмана). Первоначально он должен был писать одну только книгу «Города Ярославской области», но в итоге выступил соавтором и редактором не менее чем половины томов, а сами «Города» разрослись до 4 книжек. В их создании принял участие и Ян Левин — он писал детали городов.

Супруга Данилова Нина Обнорская писала и редактировала «Деревни и села Ярославской области», к работе над которыми (всего 3 книги) было привлечено множество людей как из районов, так и из Ярославля (к примеру, текст про Диево Городище написал Дмитрий Кшукин). Это вообще был титанический труд: написано о деревнях и селах немало, но при научной проверке многие факты не подтверждались.

Кстати, одной из своих целей мы ставили, при всей легкости и популярности изложения – научную достоверность. Вряд ли удалось везде достичь идеала, но мы стремились. Так, в ходе работы над «Городами» Андрей Юрьевич «омолодил» Гаврилов-Ям, найдя доказательства того, что первое упоминание деревни Гаврилово, считавшееся начальной точкой отсчета истории города, относится к совершенно другому населенному пункту.

Еще одним крайне удачным знакомством стала встреча с Анастасией Масловой, а затем ее мужем Юрием – кстати, тоже телевизионщиком. Сначала Настя взялась писать «Реки Ярославской области». К этому подталкивал бэкграунд, у Рутмана Анастасия написала книгу «Волга – река городов». «Реки» стали одной из первых сверстанных книг и первой, к которой я начал подбирать иллюстрации. Затем Анастасия и Юрий стали авторами «Животного мира Ярославской области» и «Традиций Ярославского края», разросшихся до двух томов.

Подбор иллюстраций — отдельная песня. Сначала пытались искать уже готовые фотографии у ярославских фотографов, понимая, что удачный снимок – во многом дело случая. Поняв, что все желаемые нами реки не найдем, организовали экспедиции. Я сам стал осваивать фотоаппарат. Вдвоем с фотографом Валерием Кушнаревым (его замечательные фотографии озера Неро и реки Сары стоят у меня в кабинете в рамках). Как сейчас помню первый трип: выезд в пять утра, май 2012-го, маршрут в сторону Ростова и Переславля: Векса, вытекающая из Неро, тогда взбунтовалась, разлилась по окрестным низинам. Потом озеро Вашутинское, озера в районе Петровска (Рюмниковское и Чашницкое), озеро Ловецкое, к которому пробирались по руслу ручья с бобровыми плотинами, и которое я снимал, стоя на хлипкой камышовой сплавине в болотниках, боясь уйти под воду целиком. Первая зелень, чистая вода… Красота, и никакой политики! Потом облазили Пошехонскую и Рыбинскую стороны, в одиночку и с другом я объездил и обходил Профинтерновские озера (одна из фотографий висит у меня на обложке). В «Озерах, прудах, болотах» больше всего моих фоток. У этой книги, пожалуй, самое спорное название и тема. Все-таки весьма разные объекты. Юрий Ласточкин, друг Виталия Горошникова, бывший в курсе этого проекта, называл в шутку всю серию «Болота Ярославской области». Текст «Озер» писал Дмитрий Власов, начальник отдела природы Ярославского музея-заповедника, большой друг Масловых и ими же сосватанный.

В книгах про реки и озера я, как филолог, настаивал на объяснении названии объектов. Этимологические исследования выполнил все тот же Андрей Данилов, увлекающийся финскими «остатками» в нашем языке. Для меня лично многие вещи были подлинным открытием. Так я узнал, что моя любимая Туношонка, где я с детства ловлю рыбу, означает «дубовая река». Так вот – дубов там по сей день немало, особенно ближе к устью. Маленькая деталька, но как она меняет восприятие знакомого места! Именно этого мы и хотели, это понимание и вырабатывалось у нас в процессе работы: сделать родную землю более осмысленной. Когда ты идешь не просто мимо здания с куполами и крестами, а мимо храма, построенного ярославцами на месте предполагаемой «кирхи» в 17 веке (это о церкви Вознесения, что на улице Свободы, около Казарм), когда жители в буквальном смысле выиграли войну за землю с «иностранными инвесторами» — заморскими купцами, желавшими поставить свой молельный дом в богатом и процветающем Ярославле. Ничего ситуация не напоминает?

Кстати, о храмах. Им посвящено 4 тома серии, они должны выйти вторым комплектом. Вот где особенно тяжело стояла проблема выбора, о чем писать, а о чем нет. В целом по серии где-то месяца через три у нас выработался концептуальный подход: сделать своего рода «культурный минимум» Ярославской области. Писать не обо всем, а о главном. Обязательно о типичном. Но и о том, что из типологий выбивается, позволяя сравнить одно с другим. Но и этот подход не явился универсальным, и каждый раз в мучительных спорах с авторами и редакторами решали, что берем, а что нет. Про Ярославль писала Елена Анкудинова (директор Вятского, в прошлом директор Ярославского музея-заповедника), про Ростов, Переславль и Борисоглеб — Алла Виденеева (тогда сотрудник Ростовского кремля), у остальных томов было много авторов, среди которых хотел бы отметить Виктора Ерохина (Угличский кремль), Татьяну Юрьеву (филфак ЯГПУ), Анатолия Михайлова (Рыбинск). В этих книгах при работе были две крайности — про Ярославль, Ростов, Углич известно слишком много, и нужно было выбирать факты и искать оригинальный подход. Про сельские храмы, как правило, известно слишком мало, и каждый факт нуждался в дополнительной проверке, потому что, при всей желаемой легкости книг мы стремились к максимальной научной достоверности. Зачастую тут на помощь приходила не только источники, научная эрудиция авторов и редакторов, но и просто здравый смысл. Так, про колокольню в селе Великом распространена известная байка, что в ее стене прорублено символическое «окно в Европу», которое смотрит на запад (храм построен в память о Полтавской битве). Простая логика привела к тому, что пушкинское «в Европу прорубить окно» — из 19 века, источник же его в труде некоего итальянца второй половины 18 столетия, вышедшего несколько лет спустя после строительства колокольни. Да и вообще тяжело себе представить, чтобы в стене колокольни что-то «прорубали», вооружившись поэтическим образом.

Если про храмы и монастыри было написано немало, то, как выяснилось, не существует ни одной книги про ярославских святых. Речь идет, конечно, о святых епархии в целом — и ростовских, и переславских, и угличских и пошехонских. Это выяснилось в разговоре с автором — отцом Александром Сатомским, пресс-секретарем митрополии. Я надеюсь, что наши короткие «Святые Ярославской земли» станут заделом, а потом кто-то напишет большой труд, который включит в себя всех подвижников, связанных с Ярославской областью (их вместе с новомучениками несколько сотен, нужны фундаментальные исследования).

С большим трудом и спорами отбирали «Знаменитых земляков» — действительно выбирать есть из чего. Старались охватить разные времена и разные сферы — от Александра Невского до Александра Петрова (кстати, и Юрий Кублановский удостоился отдельной статьи, впрочем, рыбинская рука чувствуется в списке персоналий). Тех, кто не попал в основные статьи, упомянули в обширном введении — вплоть до знаменитого в 18 веке «антигероя» — короля московского криминального мира ростовского происхождения Ваньки Каина. Текст книги под редакторством Евгения Ермолина написала моя сокурсница Надежда Корнилова. В качестве экспертов мы привлекли немало людей, оказавших огромную помощь, таких как Дмитрий Полознев и Сергей Скородумов.

Одной из самых непростых книг стала «Памятники гражданской архитектуры». В первую очередь из-за иллюстраций. Ну что сделаешь,если перед усадьбой Матвеевских на Челюскинцев растут отвратительно обстриженные деревья? Лично я снимал усадьбу раз 5, в том числе в 20-градусный мороз — ничего хорошего из этого не вышло. И все же нашли неплохую фотографию. Некоторые здания, мимо которых нельзя пройти никак, просто находятся в отвратительном состоянии, как например локаловский замок в Великом, а какие-то в перманентной реставрации, как усадьба Понизовкина в Красном Профинтерне. Работа над текстами — написала книгу сотрудник комитета охраны историко-культурного наследия Мария Стовичек — тоже была долгой и упорной. Тексты о памятниках в городах и селах области сверяли с местными специалистами, в Ярославле к работе привлекли Наталью Сергеевну Землянскую, работать с которой было непросто, но приятно. Очень помогла Татьяна Львовна Васильева, один из ведущих экспертов в области по охране памятников.

 

Так получилось,что в ходе работы над серией я заново открывал для себя целые области знания, такие как «Растительный мир Ярославской области». Зато теперь я в курсе, что такое «ведьмины метла», и что в наших краях растут орхидеи. Текст книги написала Наталья Перфильева, сотрудник отдела природы музея-заповедника, а редактировал книгу ее брат, преподаватель биофака ЯрГУ Дмитрий Баронов.

К сожалению, в небольшой заметке на ФБ невозможно упомянуть всех хороших людей, принимавших и принимающих участие в проекте — до конца ее просто не дочитают. Буквально пару слов скажу о фотографах,с которыми было крайне интересно работать мне, таких как Вячеслав Юрасов, Дмитрий Шиманский, Илья Бесхлебный, Виталий Котов, Сергей Кушнарев, Алексей Лобанов, Евгений Костишин. Со множеством фотографов работали мои коллеги из Рыбинска. Как утверждает Виталий Горошников, в ходе подготовки серии мы собрали 850 тысяч иллюстраций. Не верится в эту конкретно цифру, но то, что очень много, это правда.

Окончание работы над макетами, также как и выход в свет первых книг лично для меня — большое чудо. Много раз мы заходили в тупик, из которого, казалось, не было выхода. И каждый раз что-то находили. Меняли авторов, концепцию, пересматривали верстку, устраивали досъемки, давили, хитрили, несли незапланированные расходы, привлекали новых редакторов и даже отказывались от одной книги в пользу другой (два запланированных тома так пока и не дошли до финальной стадии). Кое-какие доработки продолжаются до сих пор. В единственном экземпляре есть все 22 книги, но для меня очень важно увидеть их изданными. Это очень большая история во всех смыслах — в научном, авторском, художественном, человеческом, коммерческом. Уверен, будет немало и критики, и, конечно, идеала мы нигде не достигли. Но благодаря этим книгам не только мы, современники, можем судить о прошлом и настоящем нашей земли, по этим книгам наши потомки смогут судить о том, какие мы сейчас, и это тоже очень важно. Это своего рода интеллектуальный срез нашего непростого времени — попытка, по большому счету, заглянуть в себя.

 

Впервые опубликовано на странице автора в Facebook.