О современном кино, сериалах, юбилее главной киношколы страны и секретах успеха «Именно.ру» поговорил со знаменитым режиссером Никитой Михалковым.

 

— Никита Сергеевич, поздравляю вас с недавним выходом в прокат картины «Солнечный удар». Как появилась идея создания этого кинополотна?

— К этой картине я шел 37 лет. Вы знаете, у режиссеров так бывает: сегодня есть идея и ты думаешь над ее реализацией, а завтра появляется мысль еще лучше, еще ярче… И в какой-то момент из всей этой массы идей ты выбираешь самую интересную и над ней работаешь. Как правило, остальные замыслы теряются во времени. Но идея этого фильма живет со мной больше четверти века, а значит, в ней есть что-то главное. Для меня это история очень глубокая, многогранная.

— Любое профессионально снятое кино всегда похоже на луковицу – за каждым слоем таится новый слой. Если говорить про глубину «Солнечного удара», то искушенный зритель увидит в фильме отсылки к творчеству Чехова, к монтажным опытам Сергея Эйзенштейна…

— Да, действительно. Я ссылался на то, что дорого мне по каким-то идейным взглядам. Не вижу смысла раскрывать все тайны – что таится за тем или иным кадром. То, что зрители увидели (или увидят) на экране – зависит от их внутренней подготовки, образованности, открытости и от многих других факторов. Пусть для каждого это будет свое кино.

— В ваших фильмах мечтают сниматься многие известные актеры, но почему на роль главных героев вы выбрали молодых актеров (Виктория Соловьева, Мартиньш Калита)?

— Открывать новых актеров всегда приятно! У таких людей есть свой взгляд на кино, они более открыты к работе над собой и над ролью. Во время съемок фильма Виктория и Мартиньш проделали огромную работу над собой.

— В этом году главной киношколе страны ВГИКу исполняется 95 лет! Какие страницы вашей жизни связаны с университетом? Что для вас ВГИК?

— Мне кажется, что ВГИК – это место с абсолютно уникальной атмосферой. Ее невозможно передать. Для меня в университете главным человеком был мой мастер – Михаил Ильич Ромм. Величайший режиссер, который устраивал мастер-класс из всего. Например, однажды Михаил Ильич чувствовал себя плохо. Он пришел к нам, к своим студентам, и рассказал, как он сходил в поликлинику. Мы все погружались в суть истории, и он на примере показал, что она строится из множества вещей. Одни и те же слова могут быть сказаны ночью, днем, во время проливного дождя и это будут истории про разные вещи. Все складывается из реакций людей, а это взгляды, жесты, мимика. ВГИК научил меня тому, что в кино важно абсолютно все! А еще кино захватит тебя раз и навсегда и никогда больше не отпустит (смеется).

— Есть мнение, что кино тесно вплетается в жизнь тех, кто его создает. Нет такого, что приходишь домой, как среднестатистический менеджер, юрист, ложишься перед телевизором и отключаешься от всех забот. Что вы думаете об этом?

— Я бы сказал, что там, где есть ограничение – есть огромная возможность. Мне безоговорочно нравится то, чем я занимаюсь. Кино – это стиль жизни. Именно поэтому я всегда говорю молодым актерам и режиссерам, что если у вас нет работы сейчас, то это не повод жалеть себя, стонать и рыдать. Это повод заниматься профессией! Вы можете заниматься актерским тренингом сами дома у зеркала. Для этого не нужно сверхвозможностей. Вы можете делать этюды с друзьями, ставить свой спектакль. Если вы хотите стать настоящим актером или режиссером, то вы должны существовать в мире создания образа. Постоянно!

— А что вы можете сказать о состоянии отечественной киноактерской школы? Например, по сравнению с Голливудской. Чего не хватает на данный момент? Или это тема из разряда «у соседа газон всегда зеленее»?

— Я не разделяю актерскую технику в кино и в театре. Думаю, что русская актерская школа абсолютно идентична и для театра, и для кино. Другой вопрос, если мы хотим взять, к примеру, театр Волкова или древний Малый Театр, где действительно был стиль и подача в зал и образ играл таким образом, как актер это излагает, то это одна история. Если мы говорим, про нашу актерскую школу Станиславского или Чехова, то она у нас замечательная. Я считаю, что не нужно гнаться за Голливудом. Нужно брать и использовать те техники, которые у нас есть. Поверьте, они работают. Нужно просто, чтобы количество перерастало в качество.

— К вопросу о качестве. В нашей стране сейчас снимают огромное множество сериалов. Понятно, что нельзя все грести под общую гребенку, но все-таки. Как вы, Никита Сергеевич, относитесь к сериалам, идущим на российском телевидении?

— Я считаю, что в них очень низкий уровень режиссуры. Единственное, что сценаристы на них набили руку! Эти бесконечные диалоги. Все говорят, говорят, говорят. От актеров в этом случае требуется просто говорить. И это выглядит, вроде бы, даже естественно, но по сути это шифрование пустоты за многословием.

— То есть многие сериалы – это некий «фаст фуд»? Увидел, проглотил, какое-то время чувствуешь насыщение, но думаешь, что полноценный обед был бы лучше?

— Абсолютно верно! Сериал показывает сюжет – простой, незатейливый. Но он должен интересовать зрителя, будь то это детектив, боевик или душещипательная мелодрама. У зрителя нет времени подумать о том, какой герой человек. Нет даже возможности пофантазировать о том, что в его жизни было «до» или «после».

— И напоследок блиц-вопрос — в чем вам видится секрет больших достижений?

— Это сложный философский вопрос. Но, пожалуй, он уместится в одну фразу «все приходит к тем, кто умеет ждать».