Итоги ревизии контрольно-счетной палаты области по вопросам ценообразования и закупки медикаментов для региональных больниц вызвали двухчасовой и очень горячий спор депутатов на заседании комитета по социальной политике Ярославской областной Думы.

Слушая сокращенную версию устного доклада аудитора, можно было подумать, что все более менее благополучно – фактов аффилированности чиновников с фармацевтическими фирмами не выявлено. Факт завышения цен всего один, обычно же закупки делались по среднерыночным ценам. Действительно, были случаи, когда оптовая закупка лекарств делалась по цене превышающей розничную цену в аптеке, но и тут цена была «допустимой». Правда, нередко в тендерах был всего один участник и, нередко, экспертное заключение о цене составлялось на сведениях только одного поставщика лекарств. Вот нарушений в бухгалтерском учете больниц действительно много и главное – отсутствие учета расходования лекарств. Больше всего нарушений выявлено в онкологической и областной больницах, а также в центре борьбы со СПИДом. Это понятно – именно они закупают наибольшее количество дорогих лекарств.

Депутаты, однако, заранее прочитали полный текст отчета о проверке и начали интересоваться частностями.

— Вот на 13-й странице в таблице указано – получено лекарств на 109 миллионов, выдано больным на 58! Куда делись остальные лекарства на 51 миллион? – спросил Борис Немцов.

— Я же говорил – учет расходования лекарств ведется плохо, — отвечал аудитор.

— Вы уверены, что эти лекарства не были украдены или перепроданы?

— Таких данных у нас нет, потому что на эти лекарства просто нет документов об использовании.

— Ладно, теперь об аффилированности: 28% лекарств поставляет «Р-фарм», они же обычно и есть единственный участник торгов, а дочь губернатора работает как раз в этой фирме! Вы знали об этом?

— У нас нет документального подтверждения о месте работы этой девушки, — сказал аудитор.

Не менее резкие вопросы задавали депутаты Сергей Балабаев, Андрей Крутиков, Александр Воробьев.

— Со склада лекарства получили, передали в лечебное отделение, там их тут же списали, половину рассовали по карманам? – спрашивал Андрей Крутиков.

И.о. директора департамента здравоохранения Сергей Луганский и директор онкологической больницы Ирина Груздева оправдывались. Что потребность в лекарствах определяется на основе многолетних статистических данных, потом корректируется по обстановке. Что расход наркотиков контролируется жестко, для остальных препаратов правила попроще.

— Не заставлять же пациентов расписываться за каждую таблетку и ампулу, — вступился за них Илья Осипов.

— Конечно, там все фиксируется в истории болезни, не будут же ревизоры все больничные карты перепроверять, — говорила Ирина Груздева.

Депутат Андрей Крутиков высказался так:

— Ревизоры провели огромную работу, но стесняются сделать нелицеприятные выводы. Хотя я знаю, что сначала их вообще не хотели пускать в онкобольницу, что от них пытались скрывать документы. На сайте этой больницы вывешен перечень платных услуг, которые оказываются вне очереди. И нетрудно догадаться, что происходит – основной массе больных предлагают посидеть в очереди, а сами между тем лечат других больных за деньги, причем с использованием прекрасного оборудования купленного на бюджетные деньги и с использованием лекарств, которые всем онкобольным положены бесплатно.

— Не надо бросаться обвинениями в адрес врачей, — возражал руководитель медсанчасти «Автодизеля» депутат Станислав Белокуров. – Материалы проверки переданы в прокуратуру и в антимонопольный комитет, надо дождаться их выводов.

В результате депутаты проголосовали за то, чтобы пока на заседание Думы проблему не выносить, а правительству принять меры для устранения недостатков.